20 мая 2026
Производственное объединение «Агротех» вышло на рынок материально-технического обеспечения АПК в 2019 году, но его история выросла из семейного бизнеса, которому уже два десятилетия. Сегодня компания выпускает более 5 тысяч наименований запасных частей для почвообрабатывающей и посевной техники, поставляет продукцию более чем в 50 регионов России и в страны ближнего зарубежья, а также развивает собственные разработки — от оборотного плуга и дисковой бороны до сеялки с цифровой системой контроля высева.
О том, как семейное производство грузоподъёмного оборудования переросло в одного из заметных игроков рынка сельхоззапчастей, почему российский аналог может конкурировать с оригиналом, где сегодня искать инженеров и рабочих, а также зачем заводу сериал, руководитель ПО «Агротех» Степан Милюков рассказал учредителю делового издания «Вердикт» Артёму Александрову и главному редактору издания «ПроТамбов» Элеоноре Соса.
— Степан, ваша предпринимательская история началась задолго до «Агротеха». Сколько лет вы в бизнесе и с чего всё начиналось?
Двадцать лет. В сентябре как раз будет ровно двадцать. Начинал я с ИП и компании «Тамбовтехснаб», которая и сегодня занимается производством грузоподъёмного оборудования — строп. Я был первым тросоплётчиком: проходил обучение в отделении Ростехнадзора, потом практику, изучал разные технологии заплётки строп. Параллельно приходилось многое делать руками самому — и производить, и технику ремонтировать.
Мы делали стропы для ледового дворца на Красной площади, для объектов атомной отрасли, для ледовых арен в Москве и Санкт-Петербурге. Один из самых запоминающихся проектов — установка креста на колокольню Казанского мужского монастыря. Крест высотой 21 метр — это как семиэтажный дом. Для него разрабатывали специальное грузозахватное оборудование, балансировали конструкцию, чтобы её можно было поставить вертолётом. Ответственность была огромная.
— Как из этого опыта вырос «Агротех»? Всё-таки стропы и сельхоззапчасти — разные направления.
Мы живём в аграрном регионе, поэтому постепенно начали смотреть в сторону сельхозтехники. К тому же с техникой я был знаком с юности: сам пахал, сам ремонтировал, разбирался, почему что-то ломается.
В 2019 году мы — я, брат и наш давний друг Андрей — решили объединить опыт и открыть отдельную компанию. Андрей — сильный инженер. Мы сняли цех, начали закупать оборудование и развивать производство фактически с нуля. Сначала часть операций отдавали на аутсорс металлообрабатывающим компаниям, но с самого начала понимали: цель — собственное производство.
Сейчас у нас производство полного цикла. К нам заезжает листовая сталь, кругляк, профиль, толстостенные трубы, а выезжает готовая запчасть или узел. Не делаем только резину и пластик, но и там работаем не с чужими решениями: формы наши, под нас производят резинотехнические и пластиковые изделия.
— Когда вы начинали выпускать запчасти для импортной сельхозтехники, к аналогам на рынке относились настороженно. Как удалось преодолеть этот барьер?
Да, скепсис был и остаётся. Но важно понимать: «аналог» не означает «хуже». Многие производители техники сами не делают все комплектующие у себя — они размещают заказы на стороне, у профильных производств. Мы пошли тем же путём, только сделали ставку на свою производственную базу и контроль качества.
С крупными клиентами всё работает через испытания. Сначала запчасть ставят в поле, сравнивают с оригиналом, смотрят ресурс, смотрят, где она ведёт себя лучше или хуже. Если что-то не проходит — перерабатываем, усиливаем, снова отдаём на испытания. Это работа не одного сезона.
— Кто сегодня ваши основные клиенты?
Крупные агрохолдинги — например, «Агрокультура», «Русагро». Они проводят испытания наших деталей, сравнивают с оригинальными запчастями, смотрят, сколько они отрабатывают в реальных условиях. Если результат устраивает, на следующий год в торгах уже появляется формулировка: «либо оригинальный производитель, либо производство «Агротех». Это для нас показатель доверия.
При этом мы работаем не только с холдингами. Есть небольшие сельхозпредприятия, с которыми мы давно сотрудничаем и на которых испытываем новинки. Для нас это важная обратная связь: поле сразу показывает, что сделано правильно, а что надо дорабатывать.
— Как формируется линейка: вы производите то, что просит клиент, или сами видите слабые места в технике?
И так, и так. Бывает, приходит клиент: «Нужна такая-то запчасть, оригинал дорогой, можно ли сделать?» Мы изучаем, чертим, запускаем. А бывает, мы сами видим типовую проблему: например, рамная конструкция выгибается, какой-то элемент быстро изнашивается, маркёр на сеялке работает не так, как нужно в нынешних условиях. Тогда дорабатываем конструкцию, усиливаем, предлагаем своё решение.
Есть ещё отдельная история — техника, которую официальные представители уже перестали обслуживать. Модели старые, но в хозяйствах они работают, списывать их никто не собирается. Приносят сломанную деталь: иногда у нас есть образец, иногда приходится восстанавливать почти по фотографии. Чертим, производим, испытываем — и такая позиция появляется в ассортименте.
— География поставок сегодня ограничивается Центральным Черноземьем?
Нет, мы поставляем по всей России. Даже в Приморье отправляли, то есть фактически за Китай. Работаем со странами ближнего зарубежья: Беларусь, Казахстан, часть продаж идёт через представителей.
— Раз уж заговорили о Китае: насколько остра конкуренция с китайскими производителями?
В Китае другое сельское хозяйство: другой климат, другие культуры, другие масштабы хозяйств. Им нужна крупная серийность, а мы можем работать и с большими партиями, и с заказом на десять штук.
Плюс мы отвечаем за свою продукцию. Если что-то случилось и это наша зона ответственности, мы быстро реагируем: есть сервис, есть дилеры, есть обратная связь. Для агрария это важно, потому что простой техники в сезон обходится очень дорого.
— Вы сказали, что «Агротех» сегодня — занимает лидирующие позиции в России по запчастям для сельхозтехники. За счёт чего вы так оцениваете позицию компании?
Если смотреть по объёму продаж, производственным мощностям, количеству сотрудников и широте номенклатуры, мы сейчас занимает лидирующие позиции. У нас больше ста человек в штате и более пяти тысяч позиций. Есть предприятия крупнее нас, но они, как правило, производят собственную технику и ограниченный набор запчастей к ней. А наша специализация — именно запасные части и рабочие элементы для разных видов техники.
— В какой момент вы поняли, что можете идти дальше запчастей и производить уже целые агрегаты?
Мы к этому пришли постепенно. Если ты производишь практически все элементы для определённого агрегата, логично однажды собрать и сам агрегат. Так появились наши разработки: оборотный плуг, дисковая борона, диструдер, сейчас активно занимаемся сеялкой.
— Начнём с оборотного плуга. Что это за машина и в чём её практический смысл для агрария?
Оборотный плуг — большой агрегат, примерно от 9 до 12 метров длиной. Он агрегатируется с трактором, вспахивает землю и переворачивает пласт земли. Почему он называется оборотным? Потому что после прохода в одну сторону рабочая часть оборачивается, и трактор может идти обратно без лишних холостых движений. Это экономит топливо, время и ресурс техники.
Такие плуги производим не только мы. Сам класс агрегата не уникален: есть российские заводы, которые тоже выпускают подобную технику. Но мы конкурируем качеством, ценой, сервисом и тем, что сами глубоко понимаем запчасти, из которых этот агрегат состоит.
— Кроме плуга, вы упоминали дисковые бороны и диструдер. Расскажите о них подробнее.
Дисковая борона — это орудие для культивирования почвы дисками. Мы производили для такого оборудования большое количество запчастей, поэтому начали делать собственный дисковую борону — сейчас она проходит испытания.
Диструдер — измельчитель стерни. Он крепится под жатку комбайна. Проблема особенно заметна на подсолнечнике и кукурузе: стерня жёсткая, изнашивает и иногда повреждает шины.
— Отдельный проект — рабочие органы, в том числе диски для дискаторов с переменной закалкой. Почему это важно?
Обычно диск делают равномерно закалённым. И здесь возникает противоречие: если он мягче, то меньше трескается, но быстрее стирается; если твёрже — лучше держит абразив, но может треснуть. Европейская технология, которую мы изучали, устроена иначе: наружная часть диска очень твёрдая, устойчивая к абразиву, а к центру закалка снижается, и диск остаётся более упругим.
Мы освоили этот подход и запускаем производство в России. Важно, что всё это будет делаться из отечественного металла. Мы используем российскую сталь, в том числе «Северсталь», покупаем через официальных дилеров.
— Насколько такая технология увеличивает срок службы?
Потенциал — в разы, но мы аккуратно относимся к цифрам: всё нужно подтверждать испытаниями. Наша задача — не просто сделать дешевле оригинала. Запчасть должна уверенно отработать свой ресурс, не развалиться в поле и заменяться планово, а не аварийно. Для сельхозпроизводителя стабильность важнее красивых обещаний.
— Что сейчас происходит с сеялкой «Агротех»?
Сеялка уже в полях, проходит испытания и доработки. По базовой логике это аналог распространённых в России моделей, но мы добавляем современные решения. Установлена российская система контроля высева «Скиф», вместо старой механической подачи зерна внедряем электронную — она точнее.
Сеялка подключается к аналитическим программам: можно видеть, сколько зерна погрузили, сколько выгрузили, сколько привезли, сколько посеяли. Это совместный проект с нашими тамбовскими партнёрами.
— Сколько человек сегодня работает в «Агротех» и как быстро росла команда?
Начинали буквально с пяти-шести человек: три учредителя и несколько помощников. Сейчас у нас больше ста сотрудников — производство, инженерно-технические специалисты, сервис, офис продаж. Рост был постепенный: появлялась потребность в операции, покупали станок, брали человека, обучали, расширяли участок.
— Где берёте кадры? Хватает ли специалистов в Тамбовской области?
Кадровый голод — острейшая проблема. Нам нужны инженеры-конструкторы, токари, фрезеровщики, специалисты по ЧПУ. Берём людей из Тамбовской области, приглашаем из соседних регионов, помогаем с арендой жилья. Полноценное корпоративное жильё пока только в планах, и я думаю, что предприятия рано или поздно снова придут к этой модели.
— Коль скоро мы заговорили о кадрах и подготовке специалистов, нельзя не вспомнить проект «Кадровый клуб», который в начале этого года запустил Союз промышленников и предпринимателей Тамбовской области. Насколько я понимаю, вы не только знаете об этой инициативе, но и сами стали частью команды Союза. Расскажите, как вы видите свою роль в этой работе?
Для нас кадровая тема — одна из ключевых. Сегодня промышленность сталкивается не просто с нехваткой специалистов, а с необходимостью заново формировать интерес к инженерным и рабочим профессиям. Поэтому участие в работе Союза промышленников и предпринимателей для меня — это не формальность, а возможность быть внутри профессионального сообщества, где обсуждаются реальные проблемы предприятий и ищутся практические решения.
Сейчас действительно идёт обновление: в такие объединения приходят новые управленцы, молодые предприниматели и производственники. Хороший пример — мой товарищ Максим Жалнин, который возглавил Союз промышленников и предпринимателей Тамбовской области. Такие люди привносят новую энергию, современный управленческий подход и при этом хорошо понимают реальные запросы бизнеса.
Что касается «Кадрового клуба», мне кажется, это важный проект, потому что он соединяет предприятия, образовательные организации и будущих специалистов. Одно дело — говорить, что кадров не хватает, и совсем другое — системно показывать школьникам и студентам, что современное производство может быть интересным, технологичным и перспективным.
Мы со своей стороны тоже стараемся вносить вклад: работаем с ТГТУ, проводим экскурсии для студентов и школьников, развиваем профильный корпоративный класс «Агротех» в тамбовской школе № 3 «Центр профнавигации и развития карьеры». Конечно, не все ребята потом придут работать именно к нам. Но если кто-то после таких проектов выберет инженерную специальность, пойдёт в производство, станет конструктором, технологом, оператором ЧПУ — значит, эта работа уже имеет смысл.
И, конечно, одна из важнейших задач сегодня — романтизировать рабочие профессии и прививать интерес к ним подрастающему поколению.
— Вы сказали о необходимости «романтизировать» производство. Что имеете в виду?
В советское время рабочие профессии романтизировали через кино, через культуру, через истории о людях труда. Потом эта связка разрушилась: у молодёжи появились другие герои, другие картинки успеха. А производство стали воспринимать стереотипно — как что-то тяжёлое, скучное и непрестижное.
Мы решили зайти через юмор. Сначала выкладывали технологические операции — это набирало просмотры, но было много негатива. Потом начали снимать юмористические ролики: высмеивать заводские стереотипы, показывать, что на производстве есть жизнь, команда, самоирония. Контент начал «залетать», появились миллионы просмотров.
Сейчас снимаем небольшой юмористический сериал про завод. У нас в роликах участвуют люди нашего коллектива. Благодаря такому контенту нам пишут специалисты из Европы и стран ближнего зарубежья с запросом на трудоустройство.
— Социальная ответственность для вас тоже важная часть работы?
Да. Мы стараемся поддерживать спорт, городские мероприятия, разные инициативы. У нас была футбольная команда, поддерживаем ММА, участвуем в региональных событиях, помогаем, где можем.
Внутри компании тоже есть жизнь: День компании, выезды на природу, новогодние корпоративы. Я стараюсь такие мероприятия не пропускать. Производство — это не только станки и заказы, это люди. Если коллектив чувствует, что он команда, работать легче и результат лучше.
— При таком темпе остаётся время на отдых? Чем занимаетесь вне работы?
Стараюсь находить время. Спорт — обязательно. Зимой — горные лыжи, летом — мотоцикл. Мотоцикл для меня — это отдушина.
Ещё люблю баню — это уже почти профессиональное хобби. Конечно, семья, сын, время с близкими — без этого нельзя. Я стараюсь везде понемногу успевать: работа важна, но человек должен жить не только производством.
— Спасибо за интересную беседу. Что бы вы хотели сказать тем, кто сейчас присматривается к «Агротех» — как к партнёру, клиенту или месту работы?
Мы открыты для сотрудничества и всегда рады новым кадрам. Если человеку интересно производство, техника, инженерные задачи — пусть приходит, смотрит, задаёт вопросы. Нам нужны люди, которым не всё равно.
Ссылки на статьи в интернет-изданиях:
